В статье рассматривается гипотеза о том, что образ дона Хуана Матуса из книг Карлоса Кастанеды может быть понят как одна из наиболее значительных масок ариманического посвящения XX века. Автор не сводит вопрос к прямому биографическому утверждению о «паспортной» инкарнации Аримана, а предлагает духовно-симптоматологический анализ: через фигуру дона Хуана в западную культуру входит новый тип духовности — без Христа, без покаяния, без воскресения, но с техникой сознания, дисциплиной, силой, сновидением и идеей сохранения осознания перед лицом смерти.
Особое внимание уделяется различию трёх инкарнационных целей: Люцифер даёт человеку мечту о бессмертии духа, Христос — реальную возможность бессмертия души, Ариман же стремится к бессмертию земного сознания. В этом контексте 1960-е годы рассматриваются как ключевой перелом XX века: человечество переходит от летальной люциферически-зоратовской области войн и массового уничтожения к ариманической области комфорта, потребления, духовных техник и земного самодовольства.
Дон Хуан предстает не просто шаманом или литературным персонажем, а образом старца на пороге смерти, который предлагает путь сохранения осознания без христианского преображения. Отсюда проводится линия к New Age, трансгуманизму, цифровому бессмертию и современной мечте о техническом преодолении смерти. Финальный вывод статьи христологичен: подлинный ответ на ариманическое бессмертие сознания может быть найден только во Христе как Владыке Кармы и Подателе бессмертия души.